21572e40     

Ворожейкин Арсений Васильевич - Смерть Немецким Оккупантам ! (Заметки Об Огневом Мастерстве)



Дважды Герой Советского Союза майор А. ВОРОЖЕЙКИН
Смерть немецким оккупантам!
ЗАМЕТКИ ОБ ОГНЕВОМ МАСТЕРСТВЕ
1. КАК Я НАУЧИЛСЯ МЕТКО СТРЕЛЯТЬ
Был нелетный день, мы ожидали прояснения погоды. Растянувшись на
свежем сене, у входа в КП лежали молодые летчики, только что прибывшие в
наш полк, и о чем-то горячо и оживленно спорили. Я находился недалеко от
них, но они не видели меня. Дебатировался вопрос об огневом мастерстве: что
это - врожденный талант или искусство, которое приходит вместе с длительной
тренировкой? Вскоре я услышал свою фамилию.
- Вот, скажем, наш комэск майор Ворожейкин, - говорил один из
летчиков. - Он, как охотник: вскинул ружье - и птица наземь летит. Это
врожденная способность, ну вроде самородка, что ли...
Я не выдержал, вмешался в спор и, к удивлению многих участников его,
сказал:
- Должен вам по-честному признаться, что года четыре назад я был сущий
профан по части воздушной стрельбы. Стрелял, как бог на душу положит. Одним
словом, - плохо стрелял. Ну, а сейчас как будто получается нормально. И
никакой я не самородок.
В чем же дело? Как я, летчик, не умевший даже пользоваться прицелом,
стал мастером воздушной стрельбы?
Я начал воевать еще на Халхин-Голе. Летал я на "И-16" и меньше всего
задумывался над вопросом, метко я стреляю или нет. Увижу противника в
воздухе - открываю огонь. Иногда удачно, иногда нет. Неудачи я объяснял
очень просто: не повезло.
Но вот однажды произошел случай, заставивший меня впервые очень
серьезно подумать об огневой подготовке. Я встретил в воздухе противника, и
у меня была сравнительно неплохая позиция для атаки. Я открыл огонь по
трассе. Никакого результата. Я дал еще одну очередь. Противник стал
уходить. Я за ним. Дальность нормальная. Дал еще очередь. Все то же. Во мне
уже начала кипеть злость, Я истратил весь боекомплект, но вражеского
самолета не сбил.
Легко представить мое состояние, когда, вернувшись на свой аэродром, я
узнал, что мой друг из соседнего полка в этот же день сбил самолет,
истратив всего лишь 1/3 боекомплекта. Вечером я стал его расспрашивать:
почему так получилось, почему я, имея выгодную позицию для атаки, истратил
весь боекомплект и все же не сбил самолет противника? Он спросил:
- А как ты пользовался прицелом?
- А я без прицела, навскидку, - ответил я так, как отвечает обычно
человек, уверенный в своей правоте.
Незадолго до этого мне пришлось слышать разговор двух наших
командиров, говоривших, что все советы пользоваться прицелом - из области
теории. А практически есть один-единственный правильный способ меткой
воздушной стрельбы - навскидку. Товарищи, агитировавшие за такой метод,
были авторитетными летчиками. Я слепо верил им. И вот теперь впервые после
беседы с другом у меня появилось сомнение. "Как же лучше стрелять:
навскидку или по прицелу?" - эта мысль не давала мне покоя.
Еще не получив ясного ответа на этот вопрос, я, однако, понял одну
бесспорную истину: воздушная стрельба - большое искусство, и если хочешь
стать настоящим истребителем, то должен этим искусством овладеть. Я начал
глубоко анализировать каждую свою встречу с воздушным противником с точки
зрения умелого, вернее неумелого, использования огня. К чему сводились мои
ошибки?
Я не умел пользоваться и попросту пренебрегал прицелом.
Я не знал, какие практически нужно брать поправки на скорость самолета
противника, когда стреляешь под разными раккурсами.
Мой глаз не привык определять дальность до вражеского самолета.
Однажды мне показалось, чт



Назад