21572e40     

Воробьев Кирилл - Пономарь 1



КИРИЛЛ БОРИСОВИЧ ВОРОБЬЕВ
ПОНОМАРЬ
ПОНОМАРЬ – 1
Глава 1
– 1 
Пошел уже третий десяток лет, как Дарофеев лечил людей.
Он почти не сомневался в собственной непогрешимости, в том, что все и всегда делает правильно. А как иначе? Если в себе не уверен – не берись за человека.

Этот принцип Игорь Сергеевич, народный целитель международного класса и обладатель доброй дюжины разного рода дипломов и свидетельств, декларировал всем своим ученикам, да и пациентам.
Он протянул руку, чтобы перевернуть кассету, но передумал и продолжил заполнять карточку. Магнитофон щелкнул и выключился. Сегодня это был последний пациент, и музыка больше не потребуется.
«После шестого сеанса работа желудочнокишечного тракта, со слов пациента, нормализовалась. – Написал Игорь Сергеевич. – Боли в эпигастральной области перестали беспокоить. Стабилизировался сон...»
Продолжать не хотелось, но он знал, что если рутинная работа не будет сделана сейчас, потом все подробности, что он хотел записать, просто забудутся. Придется напрягать память или выдумывать. А этого он старался избегнуть. В маленькой лжи запутаться еще проще, чем в большой.

Игорь Сергеевич это отлично понимал.
Дарофеев вздохнул и продолжил:
«На седьмом сеансе предпринята общая биоэнергокоррекция эфирного тела пациента в районе свадхистаны1 и манипуры2. Патогенная энергетика в районе локализации язвы минимальна. Общий астральный фон – спокойный.
Рекомендовано: Продолжить биоэнергетические сеансы для закрепления результата.»
Эту, бумажную, часть своей работы Игорь Сергеевич тихо ненавидел. Но когда он пришел работать в «Центр Традиционной Медицины», с него в первую голову начали требовать именно такую, ежедневную документацию по каждому пациенту. Экстрасенсорика должна быть подтверждена фактами, и неважно, какой у тебя стаж, какие заслуги, записи обязаны вестись постоянно.
Потянувшись, он снял с себя большой поповский крест на массивной золотой цепи. Коллеги, сразу обратившие внимание на привязанность Дарофеева к атрибутике, за глаза окрестили его Пономарем, даже не догадываясь, что на уголовном жаргоне это прозвище дают лишь пустопорожним болтунам или тем, кто любит пустить пыль в глаза. Игорь Сергеевич не обижался, ему даже немного льстило сравнение с лицом духовного звания.
Крест занял свое место в обитой синим бархатом коробке. Хрустнув суставами, Игорь Сергеевич встал. Дунув, загасил свечи перед образами.
Образов было три: доставшийся от бабки Святой НиколайЧудотворец, сияющий золотом новодел Иисуса Спасителя и потемневшая от времени икона Божьей Матери Утоли Моя Печали. Убирать их не стал: на завтра сюда были записаны четыре пациента.
Без света свечей в комнате стало совсем темно, и он раздвинул плотные шторы.
Серые тучи, казалось, скребут распухшими животами по крышам. Их стружки угрюмо капали на подоконник. Деревья во дворе, склоняли отяжелевшие ветви, расставались с пожелтевшими намокшими листьями.
Игорь Сергеевич улыбнулся, он любил дождь. Сегодня он не захватил ни шляпы, ни зонтика. Понадеялся на свою интуицию.

Но интуиция, как и его ясновидение, несмотря на всю само– и просто уверенность в себе, не всегда работала так четко, как хотелось бы ему, да и его пациентам, тоже... Он расставил по местам стулья, где попало оставленные пациентами.

Зашел на кухню, плеснул полстакана кокаколы из холодильника. Постоянное общение иссушало горло.
Когда раздался телефонный звонок, Игорь Сергеевич взял трубку пропустив лишь пару гудков.
– Да.
– Господин Дарофеев? – Послышался смутно знаком



Назад