21572e40     

Воробьев Александр - Сны



Александр Воробьев
Сны
А может, все оно так и было...
(Глубоко надеюсь, что нет...)
Вселенная настолько объемистая штука,
Что в ней хватит места для
Существования любых фантазий
Автор
Сон первый.
Подснежники
Они лежат все вместе
Глазницами в рассвет,
А им всем вместе
Четыре тыщи лет...
Лейтенант спал, облокотившись на казенник сто миллиметровой
противотанковой пушки, сморенный изматывающим ночным переходом. Спал, чему
то улыбаясь сквозь сон. Обрывки довоенных видений, смеющееся лицо матери,
встречающей его на каникулы из университета. Отец, провожающий на срочную
службу, когда он вылетел из ВУЗа. Любимая, которая никогда его не любила...
хотя, кто ее знает. Они слишком мало пробыли вместе, он оказался законченным
идиотом - в конце - концов она ушла к другому. Перед ним вновь проносились
те счастливые моменты, когда они вдвоем...
"Товарищ лейтенант. Товарищ лейтенант, проснитесь" - кто то осторожно
тряс его за плечо. Лейтенант встрепенулся, не открывая глаз пробормотал
-"Что, началось?" - зашарил по земле в поисках следующего снаряда. Задание
было простым - удерживать позиции до тех пор, пока есть боеприпасы, а потом
отойти, подорвав орудия. Не очень то сложно, если учесть, что снарядов было
по два выстрела на орудие. Менее пяти минут боя.
"Товарищ лейтенант, проснитесь же. Прибыло подкрепление и привезли
боекомплект с харчами. Ребята уже разгружают."
Лейтенант чертыхнувшись открыл глаза и оглянулся. Пяток БТРов, пара
БМП-2, около двух взводов пехоты и... ЧЕТЫРЕ крытых армейских ЗИЛа, явно
привезших пресловутые боеприпасы. Та-ак, за пять минут столько не
расстреляешь. Мда...
"Вадякин, это что, все нам? Я в смысле ЗИЛы".
Чернявый Вадякин пожал обтянутыми выгоревшей "афганкой" плечами: -
"Нет, ну что вы, четвертый грузовик, он соседям".
Лейтенант тряхнул головой, прогоняя приступ внезапного головокружения.
Три дня назад, во время последнего боя его ощутимо контузило близким
разрывом минометной мины и до сих пор иногда контузия отзывалась волной
непереносимой слабости. В такие моменты, казалось - весь мир начинает терять
реальность, расплываться на части и сильное, упругое тело внезапно теряло
очертания, исчезая в круговороте тошноты и головокружения. На этот раз
приступ оказался не таким сильным, видно молодость брала свое, но он
доподлинно знал, что до конца от этого не избавиться никогда.
"Сколько я спал?"
"Часа три товарищ лейтенант. Не ругайтесь, вы были настолько вымотаны,
что мы решили дать вам выспаться, денек то похоже предстоит веселый".
"Эх, заботливые вы мои, мля. Ладно, пошли позиции осмотрим. Проведем
так сказать рекогносцировку местности еще разок".
После последнего боя в батарее осталось пять орудий из положенных по
штату военного времени восьми и пятнадцать человек личного состава.
"Крепенько нас потрепало" - мысленно сплюнул лейтенант - "Еще пара таких
заварух и можно заносить первую гвардейскую батарею в анналы истории".
Местность с тактической точки зрения была великолепна. Одна
единственная, узкая дорога с фронта, на развилке которой и примостилась
батарея, позволяла сконцентрировать огневую мощь на узком пятачке. Густой,
заболоченный лес оберегал от фланговых атак техники, так что наиболее
неприятными факторами оставались вертолеты и обыкновенная пехота. И если с
первым он сделать ничего не мог, то второе.
"Вадякин, отправь пятерых бойцов, пускай заминируют фланговые подходы к
позициям вон там и там. Дальше вроде бы топи, там не сунуться, надеюсь".
Сержант В



Назад