21572e40

Волохов Михаил - 48 Градус Солнечной Широты



Михаил Волохов
48 ГРАДУС СОЛНЕЧНОЙ ШИРОТЫ
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Света
Вера
Саша
Семен
Галя
Сергей
Грузин
Художник
Москва, наше время.
СЦЕНА ПЕРВАЯ
Квартира Семена, спальня. Много дорогих, но безвкусных вещей. В центре
комнаты большая двухспальная кровать. Окна занавешены плотными шторами. С ночи
не выключен проигрыватель: там осталась пластинка, которая шипит на последнем
обороте. На столе остатки пиршества.
На кровати через одного лежат: Вера, Художник, Света, Грузин.
Конец лета. Слышен шум улицы - день давно начался.
Света (во сне). Мама! Мамочка. Нет! Мамочка! (Открывает глаза,
приподнимает голову, но тут же прячется под одеяло).
Встает Художник. Смотрит на часы. Выключает проигрыватель. Кашляет Смотрит
куда сплюнуть. Подходит к окну. Плюет в окно.
Света высовывает голову из-под одеяла. Художник оборачивается. Света опять
прячется под одеяло. Художник толкает Грузина.
Грузин. А? А? А-а-а. Чух-чух-чух. (Мотает головой).
Художник показывет на часы, бросает ему полотенце. Потом Грузин встает Они
собирают свою одежду и уходят в ванную.
Света кашляет, передразнивая Художника, потом плюет демонстративно им
вслед. Склоняется над Верой. Та спит. Поправляет ее подушку и одеяло.
Возвращаются Грузин и Художник. Света прячется под одеяло.
Грузин (шепотом). Я те говорю - пальчики оближешь.
Художник наливает ему и себе водку. Грузин морщится, мимикой показывает,
что пить не будет. Показывает на печень. Художник все выливает в один стакан
пьет, морщится, поглаживает живот в области печени, садится за стол.
Художник. У всех печень. (Пауза.) Серебро, тринадцатый век?
Грузин. Оближешь.
Пауза.
Художник. Ну что? (Показывает на стол, на кровать. Лезет в портмоне,
ковыряется в деньгах.)
Грузин. Я начинал - я кончаю, дорогой. (Достает из кармана сотенную и
пятидесятирублевку. Смотрит куда положить.)
Света резко высовывает из-под одеяла руку и показывает на свободный стул.
Грузин кладет деньги и выходит из комнаты, весело посвистывая.
Художник и Света пересекаются взглядами. Пауза. Художник достает из
портмоне двадцатипятирублевку и прикладывает к остальным деньгам на стуле.
Улыбается, разводит руками. Достает записную книжку, пишет, отрывает листок,
протягивает его Свете.
Художник. Звякни. Все о'кей будет. (Уходит из квартиры.)
Свету неожиданно распирает истерический смех. Также неожиданно он
прекращается. Она тяжело вздыхает. Берет с тумбочки зеркальце, смотрится.
Сравнивает свое лицо с Вериным. Кладет зеркальце на место. Отрешенно смотрит в
отдаленную точку.
Поднимается Вера. Мотает головой.
Вера. Еще. Еще. Еще! Фу. (Закуривает.)
Света смотрит на нее, потом встает, одевает халат, уходит в ванную. Слышен
шум душа.
Света (из ванной, кричит). Вер, чайник поставь! Твоя очередь!
Вера не реагирует. Сидя в постели, с сигаретой во рту, силится делать
какие-то гимнастические упражнения. Потом отрешенно смотрит в отдаленную
точку.
Появляется Света. Включает фен, сушит волосы. Выключает фен. Берет со
стола рюмку и говорит в нее, как в микрофон.
Света. Выступает! ... Выступаю я. (Поет.): Люди гибнут за металл!
Люди гибнут за металл!
Сатана там правит бал - там правит бал!
Сатана там правит бал - там правит бал! Вера (подходит к Свете, вырывает
рюмку). Дай сюда. Разобьешь. (Стонет, садится на стул. Наливает водку, пьет.)
Света. А мне наплевать, что у тебя по утрам раскалывается голова.
Наплевать!
Вера. Заткнись.
Света. Алкоголичка.
Вера. Что?
Света. Это же искусство.
Вера. Что? Нам вместе работать



Назад